Жизнь и мировоззрение А. С. Хомякова в "дославянофильский" период : 1804-1837 гг.

  • Автор:
  • Специальность ВАК РФ: 10.01.01
  • Научная степень: Кандидатская
  • Год защиты: 2000
  • Место защиты: Москва
  • Количество страниц: 208 с.
  • бесплатно скачать автореферат
  • Стоимость: 250 руб.
Титульный лист Жизнь и мировоззрение А. С. Хомякова в "дославянофильский" период : 1804-1837 гг.
Оглавление Жизнь и мировоззрение А. С. Хомякова в "дославянофильский" период : 1804-1837 гг.
Содержание Жизнь и мировоззрение А. С. Хомякова в "дославянофильский" период : 1804-1837 гг.
Глава 1. Биография и/или биографический миф
1.1. Общественный фон: «национальная идея» в России конца XVIII - начала XIX века
1.2. Частная жизнь: семейная обстановка и воспитание
Глава 2. Выбор биографии: между Москвой и Петербургом (1820-е годы)
2.1. Хомяков и декабристы
2.2. Поиски социального амплуа
2.3. Хомяков и "московские юноши"
Глава 3. Литературные и социальные стратегии: поэт-гений и светский пророк
3.1. Концепция гения у московских романтиков
3.2. "Московские юноши" и Пушкин
3.3. "Московский Наблюдатель" и чаадаевская история
Заключение
Список использованной литературы

Предметом нашего исследования являются литературные и общественные взгляды Алексея Степановича Хомякова (1804 - 1860) в ранний, «дославянофильский» период его жизни и творчества, то есть до конца 1830-х годов. Наше исследование захватывает не только сознательную и творчески активную эпоху начальной биографии Хомякова. но и обстоятельства его семейной предыстории и раннего детства.
Нижней хронологической границей рассматриваемого периода мы полагаем создание и обнародование первого «программного» текста Хомякова: статьи «О старом и новом», традиционно датирующейся 1839 годом, однако, как мы установили, написанной двумя годами раньше.
Сам интерес к идеологической эволюции A.C. Хомякова не нуждается в детальном обосновании - его основополагающая роль в становлении и развитии славянофильства, одного из ведущих течений русской общественной мысли XIX века, неоднократно и подробно обсуждалась'. Однако наше преимущественное внимание к биографическим аспектам темы требует специального разъяснения. В изучении славянофильства биографический подход традиционно играет особую роль.

Повышенная «идеологическая» значимость биографий следует из характера самого славянофильского учения - не столько цельной историко-философской теории, сколько проповеди нового мировоззрения, основанного на интуитивном познании народного духа и православной I религиозности. Первые биографы - если не единомышленники, то со-
Из работ последних десятилетий стоит назвать (в хронологическом порядке): Walicki Andrzej. The Slavophile Controversy: History of a Conservative Utopia in Nineteenth-Century Russian Thought. Oxford. 1969. Christoff Peter K. An Introduction to Nineteenth-Century Russian Slavophilism. Vol. 1. A.S. Khomiakov. Hague: Mouton Press. 1972. Кулешов В.И. Славянофилы и русская литература. М.. 1976. Сб. Литературные взгляды и творчество славянофилов (1830-1850-е годы). М.. 1978. Янковский Ю.З. Патриархально-дворянская утопия. Страница русской общественно-литературной мысли 1840 1850-х годов. М.. 1981. Кошелев В.А. Эстетические и литературные воззрения русских славянофилов (1840— 1850-е годы). Л.. 1984. Цимбаев Н.И. Славянофильство. Из истории русской общественно-политической мысли XIX века. М, 1986. Сб. Славянофильство и современность. СПб., 1994. Хомяковский сборник. Т. 1. Томск. 1998.

чувственники славянофилов — стремились представить в их биографиях образец развития именно такого мировоззрения. Кроме идеологических мотивов, ими руководило понятное стремление целостностью и последовательностью жизнеописания восполнить фрагментарность и незавершенность славянофильских текстов. Так М.О. Гершензон начинал биографию Киреевского тезисом: "Понять мысль, которою жил Киреевский. можно только в связи с его жизныо. потому что он не воплотил ее ни в каком внешнем создании" . Эту же идею постулировал французский биограф Хомякова: "В отличие от большинства литераторов, творчество Хомякова не может изучаться в отрыве от его жизни. <...> Совершенно необходимо знать его личность и его поступки для того, чтобы понять его учение"’.
Биография, таким образом, встраивалась в структуру всего учения. Так, например, в трудах о Хомякове традиционно подчеркивалась неизменность его характера и взглядов, а в описании жизненного пути Киреевского особое внимание уделялось его увлечению немецкой философией. преодолению этого влияния и религиозному обращению. За подобными акцентами ясно читается схема двух путей становления славянофильского мировоззрения - «органического», естественного для русской традиции, и «переломного», связывающего славянофильство с

европейской романтической культурой
Однако невысокая достоверность существующих жизнеописаний Хомякова объясняется не только идеологизаторскимн усилиями его биографов. Инициатором «славянофильского» прочтения собственном
Гершензон М.О. И.В. Киреевский // Гершензон М.О. Грибоедовская Москва. П.51. Чаадаев. Очерки прошлого. М.. 1989. С. 290.
' Graticux A. A. A.S. Khomiakov et le mouvement slavophile. Paris, 1939. P. 29.
J Точно так же. подчеркивая в характере Хомякова рыцарскую воинственность. а в братьях Киреевских - склонность к христианскому смирению и страданию, биографы пользуются доминантами, выделенными еще в полемике о преобладающих чертах душевного строя русского народа, которая велась славянофилами на страницах «Москвитянина». Ср. статьи: Погодин М.Г1. Параллель русской истории с историей западных европейских государств, относительно начала// Москвитянин. 1845. № 1; Киреевский П.В. О древней русской истории (Письмо к М.П. Погодину) // Москвитянин, 1845, № 3; Погодин М.П. Ответ П.В. Киреевскому. (Там же).
вительно. как скоро распространилось в народе какое-то невольное побуждение сравнивать государя с Петром Великим при каждом случае. Ничто столько не привязывает сердца, как правосудие, откровенность в поступках и деятельность: отличительные качества Николая 1-го; с его

именем невольно приходит на ум имя Петра 1-го"
Успешное подавление польского восстания и холерных бунтов
способствуют упрочению за Николаем репутации "Спасителя Отечест-

ва" . Характерное для этой эпохи восприятие России как осажденной крепости и Николая как второго Петра и спасителя Отечества отразилось, например, в набросках стихотворения Кюхельбекера "На Новый год" (1831):
Но мужа, кто тогда неколебим.
Когда [грохочет гром] падут, как дождь, перуны И расступается в громах земля [под| ним. -Такого мужа да прославят струны!
Венца и доблестей Петра наследит* юный.
[В сей славный грозный год]
В сей бедственный и вместе славный год Чрез море зол могущий свой народ [Бестрепетный и мудрый царь России]
Поставил в пристань парь России
А бледный мор и дерзостный мятеж Да не шагнут за наш святой рубеж!
А.Я. Булгаков называл императора, приехавшего в холерную Москву в 1831 году, "русским Ангелом", соединяя тем самым устойчивое

именование Александра I с эпитетом, характерным для Николая

Видок Фиглярим. Агентурная записка за январь 1827 г. С. 124.
43 Шильдер 1-І.К. Указ. Соч. Т. 2. С. 600-601.
()(,
Кюхельбекер В.К. Путешествие. Дневник. Статьи. Л.. 1979. С. 73.
1 Булгаков А.Я. Письма к К.Я. Булгакову. РА, 1902. № 1. С. 95. Ср. отзыв Вяземского о приезде Николая в холерную Москву: "Приезд государя в Москву есть точно прекраснейшая черта. Тут есть не только пе-боязиь смерти, но есть и вдохновение, и преданность, и есть какое-то

Рекомендуемые диссертации данного раздела

Абишева, Улболсын Курмангалиевна
2006