Исторический источник в американской советологии

  • Автор:
  • Специальность ВАК РФ: 07.00.09
  • Научная степень: Докторская
  • Год защиты: 1997
  • Место защиты: Казань
  • Количество страниц: 485 с.
  • Стоимость: 250 руб.
Титульный лист Исторический источник в американской советологии
Оглавление Исторический источник в американской советологии
Содержание Исторический источник в американской советологии

Оглавление.
Введение
Глава 1. Американская советология и российская историография: от взаимоизоляции и непризнания к взаимодействию и взаимовлиянию
1.1. “Критическое” направление в отечественной историографии. Некоторые итоги и перспективы
1.2. Зарубежная советология и ее источниковая основа: тенденции,
особенности й факторы развития
Глава 2. Складывание и начало историографического освоения Источниковой базы истории Октября в США
2.1. Роль российского зарубежья в формировании источниковой основы американской советологии (1920е-50е гг.)
2.2. 1917-середина 1940-х гг.: методика отбора, анализа и публикации
источников в американской историографии Октября
Глава 3. Формирование историографических направлений в американской советологии Октября и их источниковая основа
3.1. “Государственническое” направление и его источниковая база: исследования и публикации 1950х-60х гг
3.2.“Новая социальная история” Октября в США, ее предмет и метод...229 Глава 4. Исторический источник в новейшей американской советологии
4.1. Конкретно-исторические исследования в области американской “новой социальной истории” Октября, их источники и результаты
4.2. Историко-психологическое исследование личности и масс в Октябре 1917 г. в американской историографии: поиски источников и
метода
Заключение
Список использованных источников и литературы

Введение
Американская историография всегда уделяла должное внимание советологическим исследованиям1. Изучение их чрезвычайно важно в плане выявления общего и особенного в развитии исторической мысли на Западе во всей ее сложности и противоречивости, обобщения опыта зарубежных национальных историографий в исследовании российской истории.
Необычайную актуальность приобретает анализ американской советологии в плане ее сопоставления с российской историографией. Долгое время в советских историографических исследованиях взгляд на проблемы советской истории извне однозначно и изначально оценивался лишь как попытки ее фальсификации. Это вело к отрицанию и невосприятию зарубежного советове-дения даже в качестве объекта аргументированной научной критики. Анало-
1 Мы по традиции пользуемся термином “советология”, хотя ряд зарубежных исследователей призывают сегодня отказаться от него, как от априорно несущего в себе в русском языке нечто негативное. (См.: Дональд Рэйли: “Все человечество заинтересовано в успехе перестройки” // История СССР. 1989. №2. С. 197; Каррер д’Анкосс Э. Россия не для универсальных схем // Литературная газета. 1990. 7 февраля. С. 14 и др.). В самой зарубежной историографии термин продолжает использоваться. (См., например: Breslauer G. In Defence of Sovietology // Post-Soviet Affairs. July-September 1992. №3. P.197-238; King Ch. Post-Sovietology: Area Studies or Social Science? Review Article // International Affairs. 1994. V.70, №2. P.291-297; Мэттьюз M. Есть ли будущее у советологии? Размышления бывшего участника “холодной войны” // Новая и новейшая история. 1993. №2. С.36-49 и др.). В США он долгое время имел два толкования: расширительное (сюда относились все специалисты по России и СССР, включая работающих в государственных учреждениях, средствах массовой информации, сфере бизнеса), и узкое (ученые-исследователи проблем советского общества, в том числе и истории СССР). Термин “советология” (“советоведение”), наряду с понятием “россиеведение”, являлся здесь, по существу, академическим и не нес в себе заранее заданного, политизированного оттенка. Так, например, М.Малиа определяет советологию как “главу истории западной интеллектуальной мысли”. (Малиа М. Из-под глыб, но что? Очерк истории западной советологии // Отечественная история. 1997. №5. С.93). Поэтому мы считаем возможным употребление этого термина в узком смысле слова, подразумевая под ним специалистов в области советской истории. Хотя, вероятно, потребность в некоторой конкретизации его и, возможно, замене более корректным определением давно назрела. (“Термин “советология”, - считает Дж.Кип, - первоначально имел в русском языке иронический смысл, обозначавший невозможность осуществления научных исследований российско-советских проблем. Я думаю, использование его должно быть постепенно прекращено применительно

гичная ситуация складывалась и в зарубежном советоведении, которое в течении довольно продолжительного времени также претендовало на приоритет и исключительность в изучении советской истории, аргументируя это высокой степенью своей “объективности и беспристрастности” по сравнению с “тенденциозной, политически предвзятой” советской историографией, идеологически ограниченной в изучении истории собственной страны.
Тенденция к политической оценке творчества зарубежных исследователей по проблемам советской истории проявилась в отечественной и в американской историографии сразу после Октября 1917 г. и сохранялась до самого недавнего времени. Как выяснилось, однако, впоследствии, и советология США, и советская историография российской истории прошли сходные этапы в своем развитии, обе - в разной степени и в разное время - были подвержены политической конъюнктуре, и, даже более того, проявили ряд сходных черт в процессе своего становления и эволюции. Скрыто или явно, они постоянно оказывали влияние друг на друга.
Особенно большое значение приобретает изучение результатов и достижений зарубежной советологии на современном этапе. Это связано не только с эволюцией самого советоведения и его нынешним состоянием, когда оно обращается к проблемам, ранее казавшимся ему второстепенными, активно расширяет рамки исторических исследований, как хронологически, так и методологически. Во многом это обусловлено и современным состоянием отечественной историографии, поставившей вопрос Не просто о переосмыслении конкретных проблем истории советского общества, но и о путях развития самой исторической науки в целом. Отказ от одномерно негативной оценки зарубежной советологии сменился в отдельных случаях восторженным преклонением перед ней, некритическими заимствованиями некоторых теоретико-
к истории, но сохранено для политологов и экономистов”. См.: Письмо Дж.Кипа А.Сальниковой 25 июля 1997 г. // Архив автора).

ке историку-профессионалу противостоял историк-профессионал, один из основоположников “критического” направления в советской историографии.
Для нас критика Покровским работ Милюкова представляет особый интерес как своеобразный идейный манифест, содержавший в себе ряд методологически порочных принципов полемики с “буржуазной” историографией, в том числе: признание безупречности политики советской власти, утверждение о потенциальной невозможности немарксистской историографии разобраться в происходящих в России событиях, обвинения в заведомой тенденциозности и стремлении к фальсификации, отказ от аргументированной критики в пользу резких, не всегда обоснованных оценок
Однако на общем фоне выходящей в 1920е гг. литературы работы Покровского отличались интересом к источниковой базе исследований Милюкова, стремлением охарактеризовать методы и приемы его работы с историческими источниками, в частности, с законодательной и делопроизводственной документацией Временного правительства, материалами периодической печати и, наконец, личными воспоминаниями автобиографического характера. Покровский считает, что основной чертой работ Милюкова о русской революции является их противоречивость, которая проявилась и при работе с историческими источниками. С одной стороны, работы Милюкова составлены “с чисто профессорской добросовестностью”, с “массой цифр”, он “связан фактами”. Но, с другой, провозглашая необходимость анализа источника с точки зрения его фактической достоверности, на практике Милюков использует не просто недостоверные, а подчас и откровенно сомнительные источники, как, напри-
1 Об особенностях творческого стиля М.Н.Покровского при критике “буржуазной” историографии см.: Иллерицкая Н.В. Становление советской историографической традиции: наука, не обретшая лица // Советская историография. М., 1996. С.163.
2 Покровский М.Н. Противоречия... С.44.
3 Там же. С. 10; Он же. Буржуазная концепция... С.58. “Факты подлежат объективной проверке и поскольку они верны, постольку же бесспорны и вытекающие из них выводы. Историк по профессии, автор не хотел и не мог подгонять факты к выводам” (Милюков П.Н. Указ. соч. Т.1. С.4).

Рекомендуемые диссертации данного раздела